Make your own free website on Tripod.com

ASYA.CCCP

50 LET pod KRASNYM FLAGOM
Health Revolution
Health Encyclopedia
Yoga for Health
English Pages
Daily News
Members' Benefits
Who is Who
Travel
CCCP
Spiritual Health
Health Education
Healthy Job
Health & Longevity
Health problems
Contacts & References

Каждый русский, посидев за политику

месяц в тюрме, или прожив год в ссылке,

считает священной обязанностью своей подарить России книгу воспоминаний о том, как он страдал. И никто, до сего

дня, не догадался выдумать книгу о том, как он всю жизнь радовался…

А так как русский человек привык выдумывать жизнь для себя, делать же

её плохо умеет, то весьма вероятно, что книга о счастливой жизни научила бы его, как нужно выдумывать такую жизнь.

 

Максим Горький

 

 

А всё, что писано было прежде,

написано нам в наставление…

 

К Римлянам: 15-4

 

 

 

ЗАЩИТНИКИ МИРА и ПРАВДЫ

 

 

Но где бы ни бывали мы,

Тебя не забывали мы,

Как мать не забывают сыновья…

Тебя с седыми прядками,

Над нашими тетрадками

Учительница первая моя!

 

Школьный вальс. Песня времён СССР.

  

   Клавдия Ивановна Рыкова, учительница начальной школы номер 33 в Краснодаре. В мои ранние детские годы через легенды, и полу-сказки, вперемешку с историями о Декабристах, она вместе с Асей готовила меня к фантастической были о Белом Братстве, СССР, Константинополе.

  

   Это был в моей жизни единственный случай непреднамеренной встречи с живым Членом Общест-ва. Непреднамеренной помещено в кавычки, потому, что сам до сих пор не верю, что это была случайность.

 

   Однажды в классе, вступившись за ошибочно наказанного Клавдией Ивановной ученика, я разразился речью о справедливости, правде и т.п., непроизвольно повторив эти слова в том самом контексте и сочетании, которые слышал не раз от Аси. Клавдия Ивановна,  минуту назад урезонивовшая меня стать адвокатом немного позже, лет этак через 15-20, замерла на секунду, потом прошла меж рядов к моей парте и попросила, именно попросила, меня негромко: Женя, можешь ты повторить то, что сказал ещё раз? Услышав в голосе её необычность, я растерялся, промямлил кое-как и без прежнего вдохновения свою речь и лишь заметил, что Клавди Ванна вздохнула глубоко-глубоко, как дети, после паузы, когда долго не дышат.

  

   Несколько дней я ловил на себе её взгляд, а примерно через неделю она пригласила меня к себе домой посмотреть её большой аквариум.

   Зрелище было для меня завораживающим. Огромный аквариум с множеством красивейших рыбок, водорослей, улиток, камешков. Мы говорили о рыбках и рыбах и, естественно как-то, перешли к моему Чёрному морю. Я рассказывал Клавдии Ивановне о крабах и золотом песке евпаторийских пляжей. Она спрашивала меня о погоде, о больших морских пароходах и о том, что там видно на горизонте.

 

   Ненароком перейдя к географии, Клавди Ванна в свою очередь удивила меня, употребив слово Константинополь. В то время я не знал ещё ничего о Братьях и Обществе, но это название – Константинополь вместо Стамбула, слышанное мною прежде только от Аси, прозвучало для меня как пароль, как какой-то знак! Что-то неясное, но родное я начал чувствовать в моей строгой учительнице.

 

   Клавдия Ивановна подарила мне несколько меченосцев и гупиков (гуппи), стала встречаться с моими родителями помимо школы. А к окончанию учебного года в Краснодар прилетела Ася. Я был на крыше счастья, видя, что все любимые мною люди тоже любят друг друга. Иногда в моей детской башке возникали короткие буратинские, мысли и я пробовал удивляться тому, например, как тепло встретились, обнимались и, почему-то, плакали Ася и Клавди Ванна. Мне объяснили, что это от счастья встречи хороших людей. Зная и видя, что это правда, я легко и наивно переваривал те объяснения.

 

   Ася много часов гуляла по городу с Клавдией Ивановной, иногда вместе со мной. И я был уверен, что они говорят обо мне. В итоге Ася увезла меня в Крым, в Евпаторию. И единственное, что меня удивляло, почему это Клавди Ванна была этому так откровенно рада? Не забывай о наших беседах и всегда будь готов встретить Братьев!, - было её последнее мне пожелание при прощании. Я тогда поднял руку над головой в пионерском салюте всегда готов, и смеющееся её лицо стало наградой мне на всю жизнь. Мы, однако же, не расстались с Клавдией Ивановной Рыковой навсегда. В первые наши студенческие каникулы мы экспромтом приехали с братом Аликом из Москвы в Краснодар (без билетов, на третьей полке). На другой день я поднялся по деревянной лестнице на второй этаж нашей маленькой старой школы. Стоял в полутёмном холле, безуспешно борясь с волнением. Тихо скрипнула дверь и в солнечной ауре её светлого прямоугольника, я увидел родной силуэт с такой знакомой короной волос, а подойдя ближе – и тот же взгляд, в самую глубину Души…

Вы ведь – Женя Маркевич, да?

Enter supporting content here