Make your own free website on Tripod.com

ASYA.CCCP

Zona "B". Amerikanskaya Katya pervaya.
Health Revolution
Health Encyclopedia
Yoga for Health
English Pages
Daily News
Members' Benefits
Who is Who
Travel
CCCP
Spiritual Health
Health Education
Healthy Job
Health & Longevity
Health problems
Contacts & References

 

   Песни по ночам на этажах общежитий, в вестибюлях главного здания МГУ, в электричках и в лесу у костров были важнейшей частью нашей культуры (см. Городницкий в Хьюстоне, Часть Четвёртая). На втором или на третьем курсе мы с Раей стали петь в Университетском Академичесом хоре. И там, через Братьев,  познакомились и подружились с Катей Будин, стажёркой из США. Её отец, известный тогда в Америке адвокат, представлял в судах интересы Кубы, был другом прогрессивного автора и художника Рокуэлла Кэнта, подарившего нашей стране, кажется, всю коллекцию своих чудесных работ. Он навестил нас во время одного из визитов в Москву и произвёл впечатление человека доброго и глубоко вдумчивого, хоть и держался, по нашим тогдашним меркам, очень свободно и непринуждённо.

 

ФОТО 

Катя Будин в Америке

 

   С Катей мы стали более чем друзьями. Она старалась быть терпеливо-терпимой к нашим наивно-патриотичес-ким взглядам и деликатно удивлялась нашей слабой осведомлённостью о событиях в стране и в мире. Год её стажировки кончился, она уехала, и мы переписывались регулярно. Почта приходила к нам до востребования в университетское почтовое отделение: Москва, В-234. Мы как-то совсем не беспокоились о возможных побочных эффектах этой дружбы, а зря. (См.: Мозговая атака или первый ситан).   

         

   Через год Катя приехала снова. У неё были сложности с проживанием в Университете, и какое-то время она жила у нас нелегально. Это было уже серьёзным проступком, достаточным в те времена для отчисления с факультета, из комсомола или, по меньшей мере, из общежития. Но Бог миловал. И как стало известно позже, главный то компромат спецслужбы, на счастье моё, проморгали.

 

   В этот её приезд наше общение было уже гораздо целенаправленнее. И как результат, появились определённые разногласия, в основном, о мерах доступности и пределах законности в борьбе с беззаконием. Было видно, что наши взгляды не во всём совпадали и, к сожалению, мы не во всём пошли общим путём. 

  

   Катя отлично говорила по-русски, но в быту была настоящая американка, ещё более непринуждённая, чем её папа. Кроме общей работы, мы много спорили, обсуждали, и пели. Наш однокурсник Сергей Никитин уже тогда был известным бардом. И, конечно же, мы были счастливы петь вместе с ним в нашей комнате, в Зоне Б. Когда лет через тридцать мы встретились с ним за кулисами после их с Татьяной концерта в Хьюстоне, первым вопросом Серёжи был: Тебе известно что-то про Катю?

 

   А известно про Катю стало совсем невесёлое. После 20 лет в тюрьме ей, как самому знаменитому среди внутренних (белых) террористов Америки, вновь отказали в пароле, т.е. в условном освобождении. (Через несколько лет после написания этих строк её, всё же, освободили). До встречи с Катей у меня нет желания комментировать её выбор, или давать здесь отсылки на необъективные интернетные сайты. Чувства мои к ней остались прежними и я глубоко благодарен Кате за то, что она умолчала о нашей дружбе, и мне не отказали в визе на въезд в Америку, где мне предстояло встретить мою третью и самую главную американскую Катю - Катюшу!

                                                

                                                ФОТО

                                     Тогда же и там же

 

Enter supporting content here