Make your own free website on Tripod.com

ASYA.CCCP

Samoe sinee v mire!
Health Revolution
Health Encyclopedia
Yoga for Health
English Pages
Daily News
Members' Benefits
Who is Who
Travel
CCCP
Spiritual Health
Health Education
Healthy Job
Health & Longevity
Health problems
Contacts & References

 

   Не помню точно тот день – число и месяц, когда Ася начала рассказывать мне о Братьях. Но восстановить эту дату не сложно. Это случилось в середине 1950-х, в день открытия памятника морякам-десантникам, высадив-шимся во время шторма в 1942 году на  17-м километре Симферопольского шоссе, для освобождения оккупиро-ванной немцами Евпатории. Монумент, который стоит там сегодня, уже другой. И, как часто бывает, старый памятник евпаторийцам нравился больше.

 

   Асин сын Виктор рискнул тогда вывести её на прогул-ку. Ася только что начала поправляться после опасного приступа и, обеспокоенная случившимся, стала осторо-жно готовить меня к откровениям, повлиявшим на всю мою дальнейшую жизнь.

 

   Сначала она рассказала мне кое-что из истории Общества. Потом, постепенно, то, что знала о настоя-щем от друзей и наших полу-греческих родственников – капитанов и контрабандистов Ставровых*. В год окончания школы, перед поездкой в Москву Ася дала мне прочитать три страницы на тонкой папиросной бумаге, без заглавия и каких-то названий в тексте. И лишь через несколько лет, когда я стал совсем взрослым, начала Ася постепенно открывать мне всю возможную правду. Обычно мы это делали с магнитофоном. Закончив рассказ, Ася слушала запись, поправляла или ещё раз поясняла какие-то обстоятельства, обращала моё внимание на специальные факты, предупреждала о важных деталях, с которыми следовало обходиться особо внимательно. И затем… запись стиралась.    

   Однако, главный секрет Ася сообщила мне только в середине 1960-х, снова после очередного серьёзного приступа. Той весной я сорвался из Университета, прилетел в Крым и не отходил от её постели пока кризис не миновал. И только тогда, за два дня до моего отъезда в Москву, Ася открыла мне, наконец, тайну гибели Афанасия Алифанова.

   А потом вдруг заговорила о моём будущем. Она беспокоилась, что судьба кабинетного физика-теоретика не уживётся с моими генами и с тем будущим, которое она видела для меня. “Тебе не следует расставаться с морем! Предки твои моряки. Море помогло тебе в детстве, когда ты был болен. На его берегу ты вырос. И там, за морем, прямо через море от нас – Константинополь…”

         

   В последний день рано утром я ушёл к морю. Весной оно совершенно другое, чем летом. Нет курортников, аттракционов и музыки, заглушающей голос волн. Запах водорослей не перебивается пшёнкой (варёная кукуруза) и шашлыками. И вода совершенно другая – кристально чистая, синяя с зелёными переливами. Поймал маленького любопытного крабика, вспомнил японцев (с маленьким играю крабом…). И вдруг до меня ДОШЛО! Я впервые ВСЁ ПОНЯЛ! Как позже на Витязе, в саду камней в Киото и на китобазе в Антарктике! ВСЁ стало, так понятно, так ясно!!!

 

   Вернувшись в Университет, я кинулся сообщить свою важную новость Вале Алексинскому. Братья идею сочли разумной, и на другой день мы повесили в фойе Физфака неправдоподобное объявление об “обмене” одной из самых престижных кафедр “теория колебаний” на далёкое ещё в те годы от популярности отделение геофизики. “Обменщик”, не веря своим глазам и ушам, нашёл меня в общежитии в тот же день. (Лёня Артемьев? Точно, он!). И, досдав разницу в необходимых экзаменах и зачётах за два семестра, я очутился на кафедре “физика моря”!  

 

      Стоило лишь осторожно закрыть на минуту глаза во время лекций по акустике или термике моря, и под голос профессора о промилях солёности и килокалориях солнечной радиации я “физически” ощущал себя снова на золотом и горячем песке берега моего родного “самого синего в мире” моря! 

  

 

 

* Ставр” – по-гречески “крест”. Ставрополь, Мариуполь и Кипр – это места, откуда тянется наша родословная. Старейший на Кипре Ставровони Монастырь в 40 км от Ларнаки (“Ставровони” означает “Гора Креста”) основан в 4-м веке Святой Еленой, матерью первого христианского императора Константина Великого, вложившей в монастырь фрагмент Святого Креста. Монастырское Братство отличается глубокой благочестивостью и столь же крепкой верностью принятым обетам, как Братья Афонского монастыря в Греции.

   По украинской линии предок наш – запорожский казак. А про русского Афанасия Алифанова, Худайкул Жумаев, зам. Председателя нац. Корпорации Узбекнефтегаз, сказал мне однажды, смеясь, что на тюрских языках русская эта фамилия означает великий хан…        

 ФОТО 

С Худайкулом Жумаевым в кругосветке по США

Enter supporting content here